Get in Touch

Иона Якир: человек, получивший от Сталина "совершенно точное определение"

Иона Якир: человек, получивший от Сталина "совершенно точное определение"

Один из крупнейших военачальников времен Гражданской войны, командующий войсками Киевского военного округа Иона Якир был расстрелян 12 июня 1937 года. Он проходил по одному делу с группой высших руководителей РККА, объединившихся вокруг маршала Михаила Тухачевского

Родился Иона Якир в 1896 году в Кишиневе. В советские времена его биографы писали, что он был сыном «бедного провизора, который рано умер и ничего не оставил семье». В действительности отец Якира, судя по всему, был владельцем аптеки, человеком весьма небедным и авторитетным в городе.

Во всяком случае известно, что отец Якира числился в списках выборщиков во время выборов в Государственную Думу. Выборщики — это люди, делегированные на выборы от своей курии. Из их числа избирались депутаты Думы. Так что можно сказать, что Якир-старший был кандидатом в Государственную Думу от Бессарабии.

После его смерти в 1912 году семью опекал его брат. В деньгах Якиры точно не нуждались, Иона не только успешно окончил учебу в реальном училище, но и уехал в Базель для учебы в местном университете. Подсобил дядя — не только финансами, но и связями, у него в Базеле был какой-то приятель, который согласился присматривать за студентом.

В Швейцарии Якир отучился один год. В 1914 году началась мировая война и Швейцария стала не досягаема для русских студентов, вернувшихся на лето на родину. Тем не менее, Якир, возможно, не без помощи дяди, благополучно перевелся в Харьковский университет.

По ходу войны из-за больших потерь в офицерском корпусе в России начали призывать в армию студентов. Точнее, их направляли в школы прапорщиков, где они экстерном проходили офицерский курс и получали звание. Якир в армию не хотел, поэтому смог оформить себе место на одесском военном заводе (вероятно, вновь не без помощи родственников).

О революционной деятельности он в те времена и не помышлял и вообще не имел никаких связей с подпольем. В служебной автобиографии он на вопрос о дореволюционном партийном стаже честно написал: почитывал марксистскую литературу.

В конце 1916 года Якир уехал к родне в Кишинев под предлогом лечения туберкулеза. Но тут случилась Февральская революция, и туберкулез внезапно отступил. Недоучившийся студент с головой окунулся в бурлящую политическую стихию. В апреле 1917 года он примкнул к большевикам.

Бессарабские большевики были слабоваты по сравнению с партячейками из промышленных регионов. Вероятно, этим и объясняется резкий карьерный рост Якира. В апреле 1917 года он только вступил в партию, а уже осенью того же года входил в состав местного губкома.

Считается, что военную карьеру Якир начал с командования китайским батальоном, который был сформирован в Тирасполе. Разумеется, лично этим отрядом он не командовал, китайцы, как и другие «интернационалисты» не признавали командиров со стороны. Ими всегда командовал их соплеменник, более-менее сносно знавший русский язык. Через него и шли коммуникации отряда с той частью, в составе которой они находились.

Якир же командовал сводным тираспольским отрядом, в который входил и батальон китайцев.

Вообще удивительный взлет Якира трудно объяснить. Человек без какого-либо партийного стажа сначала пробился в руководство губкома, а затем с ходу стал брать командные посты в красной гвардии и РККА.

Существует даже популярная версия, что Якир находился в дальнем родстве с Троцким, этим и объясняется его быстрый карьерный рост. Однако никаких свидетельств в пользу их родственной связи нет.

Более вероятно, что здесь сыграло свою роль бессарабское землячество (например, вместе с Якиром долгое время ноздря в ноздрю рос его кишиневский знакомый Лев Александри) и нехватка кадров. В этом регионе большевикам пришлось выдерживать очень серьезную конкуренцию с прорумынскими силами, которые в конечном счете победили.

С началом гражданской войны Якир перешел с командирской работы на комиссарскую. Он занимал пост комиссара в нескольких дивизия, некоторое время даже успел побыть даже начальником политотдела Южного участка отрядов завесы — так называли войска, занимавшие земли вдоль границы немецкой зоны оккупации.

Осенью 1918 года была создана 8-я армия РККА, в которую влили и уцелевших тираспольцев. Якир и его кишиневский земляк Александри вошли в состав Реввоенсовета армии. В дальнейшем Якир уже не покидал высоких постов, командовал дивизией, группой войск, снова дивизией.

Якир, не имевший на партстажа, ни военного опыта явно угодил в любимцы высокому начальству. В одном только 1919 году он получил 2 ордена Красного знамени, в то время являвшихся высшей наградой советской республики. Для сравнения, сам Буденный в период войны имел всего один орден, столько же было у Блюхера (еще два он получил сразу после войны) и Примакова, даже сам Ворошилов второй орден получил уже после войны.

По состоянию на 1919 год 23-летний Якир был самым титулованным полководцем РККА. В 1920 году с ним сравнялись Фабрициус, Пестов и Уборевич (с которым они вместе падут в 1937 году).

Впрочем, не стоит обманываться. Разумеется, единоличного командования юнцу без военного опыта никто не доверял. Операции планировались в штабах с участием старых кадровых офицеров, затем обсуждались в РВС. Об этом упоминалось даже в советских книгах о Якире, где указывалось, что «маститые офицеры прислушивались к предложениям Якира».

Происхождение какое-то время помогало Якиру, большевики не смирились с потерей Бессарабии. Однако по мере того, как затухала идея мировой революции, все дальше отодвигался и бессарабский вопрос. Тем более что после Гражданской войны главными кураторами проекта стали Фрунзе и Котовский.

Впрочем, и Якир не остался в обиде, сойдясь с полуземляком Фрунзе. Вся его дальнейшая карьера была связана с УССР. Уже осенью 1921 года он стал командующим войсками Киевского военного округа.

Кроме того, УССР граничила с капиталистическими республиками Восточной Европы, которые считались наиболее вероятным противником в грядущей войне, поэтому к УВО было приковано особое внимание центра. Не достигший 30-летия Якир превратился в одного из самых могущественных и влиятельных военачальников РККА.

Погубила Якира его вражда с Ворошиловым.

Из числа военачальников РККА, которых именовали героями гражданской, Ворошилова недолюбливали многие. Тот не обладал военными талантами, но благодаря безусловной лояльности Сталину долгое время занимал пост наркома обороны. К середине 30-х стала складываться своеобразная коалиция командиров, сгруппировавшаяся вокруг заместителя наркома — маршала Тухачевского.

Эти люди не были ставленниками Тухачевского и не были обязаны ему карьерой. Скорее их объединяла нелюбовь к наркому.

В 1936 году между этими группами случилась размолвка. На банкете в честь годовщины революции он разругались, будучи в нетрезвом виде. Тухачевский и Ворошилов обвинили друг друга в провале польской кампании, в кумовстве и создании своих кланов.

В общем, обычные пьяные разборки, но, учитывая положение участников скандала, дело приняло серьезный оборот. Вскоре эта ситуация разбиралась на расширенном заседании Политбюро. Там противникам Ворошилова было предложено публично высказать свои претензии. Тухачевский отказался и заявил, что забирает свои слова назад. Зато руководитель Политуправления РККА Гамарник и Якир (они дружили еще со времен гражданской) свои обвинения в адрес Ворошилова повторили.

Сталин, долго выбиравший между более лояльным и более талантливым, наконец выбрал первый вариант и взял сторону Ворошилова. Подбираться к дерзким командирам начали аккуратно.

В марте 1937 года был арестован Иван Гарькавый — командующий Уральским ВО и близкий друг Якира, они были женаты на сестрах. Якир поручился за родственника и начал хлопотать, но было поздно. Тот довольно быстро дал нужные показания.

10 мая Якира переводят с явным понижением в Ленинградский ВО, а Тухачевского лишают поста заместителя и отправляют в Приволжский ВО. 15 мая арестовывают протеже Гамарника — Фельдмана, а 20 убирают с поста руководителя Политуправления самого Гамарника.

22 мая был арестован Тухачевский, еще через 6 дней — Якир. Гамарник успел застрелиться. Этот поступок был истолкован Сталиным как подтверждение правоты его подозрений.

Всех арестованных объединили по одному делу о военном заговоре с целью убийства Сталина и установления военной диктатуры, плюс неизбежное обвинение в шпионаже в пользу капиталистических держав.

Весьма интересна переписка арестованного Якира со Сталиным. Точнее, односторонняя переписка, потому как ничего в ответ генсек ему не писал. Письмо Якира начиналось словами: «Родной, близкий товарищ Сталин!».

Товарища Сталина, оно, судя по всему, настолько разгневало, что он оставил на нем резолюцию: «подлец и проститутка», а всегда верный Ворошилов поспешил согласиться: «совершенно точное определение».

Вечером 11 июня все фигуранты дела были приговорены к смертной казни и в ночь на 12 июня расстреляны.

14-летнего сына Якира пощадили, но больше 10 лет он провел в лагерях. Петр Якир в брежневскую эпоху стал одним из первых советских диссидентов, его дочь также стала видной диссиденткой и вышла замуж за известного барда Юлия Кима.




Важно

Статьи

Tags